alexeymeeres (alexeymeeres) wrote,
alexeymeeres
alexeymeeres

Рабочий класс в СССР




Смажем тачки – перекурим, перекурим – тачки смажем…

Не все я помню точно, где-то, наверняка, есть ошибки.

Первый мой опыт общения с рабочим классом – Пензмашзавод. Сборочный цех, огромное здание, куда свободно заезжали грузовые автомобили. Выпускал завод прядильные машины - тяжеленые длинные станки (длина станка могла варьироваться) вращающийся барабан, шпули… сучат нить. Цех из партии машин собирает одну полностью, все остальные только станины. Чугунные тяжеленые уголки, гаечный ключ 27х32, кувалда, шабер, длинная линейка, уровень и щуп. Задача собрать станину так, чтобы под линейку щуп не проходил. Где надо пошабрить, где надо ударить кувалдой сбоку. Затем засверлить стыки и вставить штифты. Потом это все маркировалось,(набивались номера) разбиралось и собиралось по месту. Работа не требует высокой квалификации, может чуть сложнее уборщика навоза на свиноферме. Затем были заводы «Ренток» и «Артема» в Киеве.
Зарплата у рабочих в СССР была сдельная. У каждого рабочего есть разряд и ему на этот разряд положена оплата по времени. Например – слесарь третьего разряда должен в час заработать 0,5 рубля. Рабочая неделя 40,5 часов, значит, в неделю он должен заработать 20 рублей 25 копеек. За четыре недели 81 рубль, ну плюс еще пару дней 4-8 рублей. Итого – 85-88 рублей в месяц(подоходный налог с зарплаты до ста рублей - 8%, свыше ста - 13%. Например со ста сорока зарплаты забирали 8+40*0,13=13,20. наруки - 126,80). Дальше вступает в действие сложность выполняемой работы. Будь ты «хоть негром преклонных годов», мастером 7 разряда или новичком, но получив работу, ты первым делом смотришь, а сколько она стоит. Если эта работа технологом записана для III разряда, то ты и заработаешь на ней как подсчитано выше. Для того, чтобы заработать больше, ты будешь работать как «передовик производства», перевыполнять план. Если ты заработал в месяц 170 рублей, то ты выполнил план на 200%. Если это работа отнесена к 7 разряду, то там расценки выше чуть ли не вдвое. И тебе, чтобы заработать свои 170 рублей не надо сильно напрягаться. Начальство тоже следило за «сложностью и нормой времени». Были работы «выгодные» и были совсем невыгодные. Ну, например, были операции, где в час можно было заработать 50 рублей, околачивая груши. Такие работы давали тем, кто по какой-то причине не выработал свою оговоренную зарплату. Старый работник, по какой-то причине не выработал норму - болел, а кушать надо. Вот ему подкидывали сколько-то изделий, где он мог быстро наверстать упущенное. С начальством поцапался, строишь из себя чего-то – на тебе работа дешевая. Будешь горбатиться как папа Карло, хрен что заработаешь. Так и руководили «рабочим классом».
Ну и надо все время показывать рост производительности. А это значит надо срезать расценки. На это изделие выделяли пять минут в прошлом году – сегодня 4,5 минуты. А значит, и платить за работу будут меньше. А тебе, чтобы заработать надо будет еще больше вкалывать. Но и рабочие не лыком шиты. Они следят, чтобы никто рядом не высовывался. Положено тебе в месяц 150 рублей, больше ни-ни, могут словами отпи**ить, а где и рукой добавят. Ты в этом месяце выработаешь 170, а наверху не спят – тут же срежут расценки для всех. Если кто-то болел, его работу не делали, а если делали, то на него закрывали, и он потом отдавал уже наличкой из зарплаты.
Как «закрывали» работу. Тебе давали наряд на работу. Ты под него получал заготовки, инструмент и начинал работу. По окончанию работу «сдаешь» ОТК. ОТК принял – поставил в наряд штампик, ты с ним к мастеру. Он ставит свою подпись и нормировщику. Там уже бухгалтерия и касса. Если детали запорол в брак, то могли из зарплаты вычесть. За заготовку то до тебя уже кому-то заплатили. В мое время хороший рабочий в месяц получал до 180 рублей, средний 150 рублей, плохой 120. Мастер – 180 рублей, но у него ставка плюс прогрессивка, процентов 40 в месяц или 120 в квартал. Ну и так подкидывали всякие премии «за новую технику», «за освоение».

Спирт

Заводы в СССР были рассадниками алкоголизма. Пили все, постоянно, при малейшей возможности. Понятно, что были и непьющие, но они вызывали большое подозрение.
На Пензмаше я впервые увидел, как пьют денатурат. Он такой синий, противный. На заводе «Ренток» пили БФ. Клей, который «отматывали в сверлильных станках» По всем заводу были разбросаны «квачи» из клея. В станок вставляли какую-нибудь палку, вставляли в емкость с клеем и включали на высокие обороты. Клей наматывался на квач, оставалась грязная спиртосодержащая жидкость. Вот её пили «гурманы». Но вообще по заводу, особенно «оборонному» гуляет спирт, потому что во многие процессы была включена «протирка», «промывка», «обезжиривание» и прочее.
На заводе «Артема», работая цеху, я получал в месяц 2,3 литра спирта на свои «процессы». Спирт - это была настоящая валюта. Проблема была найти мелкую посуду. Ценились бутылочки из-под водки по 100 грамм. Бутылочка и в ней 100 грамм спирта – и ты в любое время уходишь с работы, с режимного предприятия. Охранник твой пропуск положит в нужную ячейку, когда тебе положено по времени. 100 грамм, тебе токарь выточит, что надо для хозяйства. 100 грамм – термичка закалит, похромируют, покрасят…. Получишь деталь лучше заводской, а в то время, когда днем с огнем не сыщешь запчасти для мотора, для лодки это был выход из положения.

Люди – наше богатство

Немного о качестве рабочего класса. В большинстве своем это было говно. На участке станочников хорошего работника ценили. Что значит хороший работник? Это и дело знающий и по жизни надежный. Иногда запоминаешь такие мелочи. Послали меня в цех, который выпускал бомбосбрасыватели. Это такие металлические конструкции, ажурные, много подвижных деталей. Они могут отцеплять бомбы по разным командам. По одной, по две-три, все сразу. Рабочий, который их собирает, закручивает все винты пневмодрелью. Закрутил, берет в руки небольшой молоток и давай по каждому винтику тихонько цок-цок. Винтов много, а он их всех цок-цок. Я его спрашиваю – зачем ты это делаешь, в техзадании нет. А он мне – когда пневмодрелью крутишь, на винтике может заусеница остаться. Кто-то рукой тронет и загонит себе стружку, меня ругнет. Зачем это мне надо?
В бытность работы «конструктором» меня вызывают в цех – по твоему изделию пошел брак. Прихожу в цех. Операция простейшая. Квадратная крышка корпуса, скругленные края, отверстия для соединения. Лежит куча крышек, сверленые отверстия и все края прорваны в закругления. Рисовать не буду, кому надо, тот поймет. Я смотру – по чертежу все правильно. Ошибка конструктора. Надо отверстия сверлить чуть дальше от края. Я их спрашиваю – это новое изделие? Да нет, мы их уже несколько лет выпускаем? А почему только сегодня вылез брак, да еще в таком количестве. А эту работу раньше делал слесарь N, он перешел на другой участок, мы поставили нового рабочего. Ну а ты, болван, что не видишь, что идет брак, почему насверлил кучу деталей? Их теперь в мусор? – А я знаю… В общем предыдущий рабочий пошел к технологу, взял корпус, понял, что размер поставлен ошибочно и делал все как надо.
Таких людей было немного везде. Когда долго работаешь в коллективе, то знаешь, кто чего стоит.

Опыт моей работы инженером-конструктором на том же «Артема».

Конструкторское бюро – это одно название. Обычно это отдел, который ничего нового не изобретает, а «ведет» готовое изделие. На каждое изделие по военной тематике есть «разработчик». Он держатель калек. В те времена чертежи размножались примитивно. С чертежа готового изделия делали кальки С них «синьки», в специальных светопокировальных машинах через кальки просвечивали спецбумагу и на ней проступало изображение. Качество говно, но прочесть можно было. Вот этих «синек» с каждой кальки надо было сделать уйму. Технологам, рабочим во все цеха, по которым проходит деталь, в снабжение, в сбыт…. Всех не упомнишь. И вот разработчик решил, что отверстие детали надо делать не 2мм (минус две сотых) а 2 мм (минус одна сотая). Что-то там болтается иногда. И в своих кальках делает изменение. Это изменение рассылают на все заводы, где такое изделие делают. Сначала в конструкторских отдел, потом это изменение вносится в свои кальки и со своих калек печатают синьки во все цеха и отделы, где эти чережи есть. В общем, вал бумажной работы. Вот это и есть задача «конструкторского бюро» завода. Работали там люди, часто ничего не понимающие в этом деле, да оно им и не надо было.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments